Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:21 

Я вас любил. Куда, не помню.
Холм Духов.

~ ~ ~ ~

Луна скрывалась за спинами холмов. В разрезанном небе кто-то уже видел первые проблески конца спектакля. Поляна опустела. нимфы разбежались, боги уснули, эльфы не заметили, как спились.

В тот век и ночь все дышало тишиной.
Утомленные и обезумевшие от оргий дриады скуривали друг друга. "Все так безумно и сладко, мой друг. Все так безумно..." Пела вейла с белоснежными сияющими серебром волосами, влюблено стуча ноготками по чьему-то черепу. А ведь она его любила. По-своему. Как и того, кто пришел к ней в ночь равноденствия, как и того, чьи кости украшают ее волосы в прекрасном гребне.... Как и.

Когда заканчивался спектакль мира, актеры забыли одну самую главную вещь. Они забыли поклониться. Ведь нужно же проявить уважение к зрителю. Последний поклон - как последний стон или вздох, пульс или пуля в дуле заряженного пистолета. Представьте себе, что вы наклонились, чтобы посмотреть в дуло пушки, понять, что "там", "внутри", в этой черной пустоте, прекрасная зная, что пушка сейчас выстрелит. Какого это?.. Смотреть в лицо своему ласкающему залпу. Не забудьте поклониться.

"Этот мир разваливается?" - спросил у какого-то уходящего вурдалака маленький альп.
"Нет, просто кому-то больно" - ответили камни.
"Но разве камни умеют говорить!" - воскликнул альп
"Так же, как и ведьмы не страдают, вейлы не любят, а Боги никогда не плачут." - насмешливо ответили те и замолчали.

Посмотри на ту женщину. Скажи, что она жестока,
Попытайся соврать, найти в ней частицу порока.

"Нашшшел?" - прошипел ветер спящему в палатке рыцарю и смеясь, лизнул его в ухо раздвоенным языком

Поле битвы в ту ночь было празднично застелено. Алой скатертью с металлическими приборами.
Кто-то очень злой и великий готовился принять гостей.

Среди деревьев той ночи не хватало красок, зато было так много нежности. Среди звезд не хватало одной, но на одну больше минуту дышала той ночью женщина на камне. Теперь понятно, почему глыбы так много знают. С ними просто разговаривают женщины.
И каждая глыба в этом мире превращается в воду, если правильно ее обнять.

Глаза незваной гостьи отражали озеро так, что сама луна посмотрев в них становилась живой, но приникнув к незнакомке, в ужасе мертвела и теряла всякую цвет и форму. В ее глазах уже давно не было ничего, кроме темноты. Леди крала любой свет, любую тень, она собирала цвета взглядом, но ничего, никогда не могла удержать. Давно.
Той ночью она смотрела на океан. На ее лице отражалось страдание, смешанное с восторгом. Она мечтала об одном уколе и парочке достойных скрипачей в белых фраках. Но дозы солидарности никому не раздает Вечность просто так. Наверно, она предпочитает раздевать нас догола, обмазывать, лаская, пахучей смолой и поджигать, наблюдая как мы горим и мученически взываем живым факелом. Вот он... образ героического "Вечного огня" Каждая прожитая жизнь.
И уж тем более, не сгореть тому, кто не знает смерти. Проще говоря, кого вообще нет.

- Вы знали, что ваши волосы отливают перламутром и с какой стороны не подойти, не возможно определить их цвет?
Тишина в ответ.

- Они кажутся темными, но если присмотреться - раз - и в них находишь медь... еще немного и я поверю, что они могут на моих глазах обернуться золотом... это было бы интересно. Похоже на устройство этого мира.

- Что вам нужно? - наконец-то Леди Луна (я позволю себе так ее называть) поняла, что она не одна, но даже это не заставило посмотреть ее в сторону незнакомца. Казалось, даже губы ее были сомкнуты, однако, незваный гость четко смог услышать ее ответ.

- Вам нравятся песни сирен?

- Да. Они заставляют меня думать.

- И чувствовать - заметил он

- А ведь люди погибают от их песен. Для них это как идти…

- По лезвию ножа... - не дал ей договорить незнакомец.

Только после этого Леди Луна медленно повернула голову, на пару секунд окинула его взглядом и снова уставилась в одну точку. В ту, где волны пожирали горизонт. Ничего странного для Холма Духов в нем не было - синие глаза, длинные волосы, половина прядей пепельно-черного цвета, хотя по спине и вьются платиновые локоны. Черный плащ, черные перчатки, острый подбородок и светлая кожа. Ах,да... И маска. Зачем-то прячущая лицо маска. Ничего странного для Холма Духов

- Вы говорили о цвете, что похож на устройство маленького мира за горизонтом. Что вы имели ввиду?

Он фальшиво попытался изобразить улыбку:
- Я рад, что вы меня слушали. Я говорил о цикличности. Ваши волосы напомнили мне о символичности смены времен и оттенков духа. Знаете, у них ведь все живет по определенному закону - яркая медная листва, белый иней, золотистая игра колосьев летом... все сменяет друг друга. А вы когда-нибудь думали, чему подчиняется хрупкий мир людей? Тьма, Свет.. и Кровь... Все в этом мире кончается кровью. Красный правящий цвет, он есть нечто иное - серединное - "мост" между двумя кричащими и бранящимися друг с другом легионами Архангелов и Демонов, политиков и их надоем, простыми глупцами и самыми изощренными убийцами. Красный соединяет всех, это "узы крови", это самые крепкие союзы, и кто, кто более грешен в этой безличности алого цвета? Никто. Какого цвета Любовь?

Ее ресницы вздрогнули, а сама женщина нахмурилась. Уловив этот момент, незнакомец не поспешил сменить тему, наоборот, еще пристальней взглянул в пустые глаза и неожиданно накрыл ее руку своей.

- Красный - монотонно и равнодушно ответила она.

- Правильно, красный. Никогда не задумывались, почему ей неформально дали именно такой цвет? Почему Любовь не носит корону Света или Тьмы? Потому что это другое - она отделена от темных и светлых, она есть Кровь, она живое естество, то, что течет в нас и в каждом живом существе с рождения. Нет никаких разделений - она Соединяет Свет и Тьму, проводит между ними мост. Между добром и злом пряталась - Любовь! Представляете, как это звучит для простого человека. Дико. Просто немыслимо!

- Вейлы не умеют любить.

- Чушь.

- Сирены губят моряков

- Не всегда.

- Ведьмы по закону не могут любить.

- Бред. Я сам составлял этот закон.

- Что?

Незнакомец усмехнулся:
- Ничего - .... Так что же вас смущает?

- Тьма сжирает Свет, Свет отторгает по своей сущности Тьму, так где же точки соприкосновения, где уместиться в этом противодействии чему-то действительно немыслимому? - она продолжала смотреть в ту самую точку горизонта, пряча за равнодушием свою возможно, впервые взбудораженную за века душу.

- Так ли она немыслима? две полярности - да по сущности, дело разное и совмести мы плюс с минусом - он театрально недовольно вздохнул - банальные человеческие представления о вычислении - что мы получаем в итоге? Ничего! ноль! Не так ли?... О, так. НО если речь идет о большем… Когда замешаны не цифры и определения, ни крайности и даже не человеческие примеры, не лишенные, как бы между прочем, погрешности, а что-то действительно серьезное? Сила, которую невозможно описать, две крайности первородного естества, абсолютные противоположности Миросплетения? Что тогда? - спросил он как бы у самого себя, а его глаза опасно сверкнули - тогда будет БАМ!

- Взрыв?

- Именно. Противодействие не есть отсутствия действия. 1 + (-1) не всегда ноль. Это будет "что-то" - что-то, что выходит из ничего. Антиэнергия, античувство, новое, вызванное реакцией противоестественного. Это Любовь.

- Зачем весь этот разговор? - казалось, Леди Луна действительно устала от таких "открытий", ее мертвая маска казалась тверже обычной, страшнее, что точно такая же маска у была нее спрятана и внутри. Женщина, сидящая в последнюю ночь на камне, не заметила, как он ее поглотил.

Она провела бледной, почти прозрачной рукой по холодной поверхности глыбы. Что-то надорванное и злое хохотнуло в ней. Почти болезненно смеясь, она сказала, медленно переходя на шепот :
-Вы несовершенны. В вас не хватает вашего восхваляемого «Красного». Ни одного пятна.

Он пораженно и добродушно приподнял бровь.
- Да? А вдруг мои руки в крови?

- Ваши волосы – сочетание черного и белого. Ваша одежда черна, а кожа белее инея. Выходит…

Он остановил ее движением руки:
- Мне нужно знать.

- Что именно?

- О чем вы просили сегодня океан?

- Ни о чем. Я просто смотрела на него, вот и все.

- Даже зная, что сегодня последняя ночь? Для всех этих созданий и тварей, для этого мира?

Она молчала. Незнакомец вдруг несдержанно воскликнул:
- Женщина, что приручила камень, не способна приручить собственное сердце! Как это грустно.

Второй раз за ночь Леди Луна вздрогнула, и только хотела гневно посмотреть на незнакомца и возможно, даже попрощаться, попросив оставить ее одну, как поняла, что и без того темная картина стала для нее абсолютной, непроглядной чернотой. Она тихо ахнула, и все померкло.

Незнакомец в черном плаще медленно вытащил из ее груди окровавленное лезвие и, стянув перчатки, бережно протер серебряный, покрытый причудливыми узорами клинок. В зеркальном его лезвии почти безупречно отражалась луна. Мужчина усмехнулся. Но на удивление самому себе – довольно грустно. Кровь из груди Луны его перепачкала. Руки стали алыми перчатками. Он внимательно посмотрел в лицо красивой женщине с перламутровыми волосами:
- Ты же знала, зачем я пришел, верно? И ты прекрасно поняла, чего мне не хватало. Красного. Твоего красного.

В этот момент мир стих.

- Ну вот. Началось - он недовольного покачал головой – А так хотелось послушать еще немного сирен. Что ж, будем торопиться…

Он провел плоской зеркальной стороной лезвия по глазам Леди Луны.
- Я подарю тебе способность видеть то, что видеть тебе было недозволенно. Подчинять желаемое и стирать в пыль ненавистное. Я знаю вас. Знаю ваше имя, ваш секрет и то, о чем просила сегодня ваша душа океан. Но я не могу этого дать. Живи, если обречена жить. Даже я не могу дать тебе успокоения. Боль утраты страшнее ада, твоя болезнь – гниющее изнутри сердце. Оно ведь рвет тебя, верно? Знаю… Ты кричишь – и океан шумит, ты плачешь, и не прекращаются грозы. Камень спрятал тебя, но отчаяние и жажда мести никогда не покинут. Ты бы не умерла. Ни с нимфами, ни с сиренами, ни с последними из Богов. Ни сегодня, ни завтра, ни через сотни лет. Я преподнесу тебе ответный подарок. Не убью тебя, но совершу хотя бы самое малое – сделаю тебя человеком. Введу в мир, который ты отталкивала, подведу к тому, что тысячами лет отрицала. И ты сама убедишься, насколько была не права.

Он провел клинком по телу Леди Луны и остановился на уровне сердца. Сталь снова вонзилась в еще теплую плоть.

- А это, будем считать, небольшой подарок от тебя. Мне не нужен живой камень. Чтобы сохранить сердце, нужно сначала его забрать. Докажи, что в результате взрыва может зародиться что-то новое, нечто большее… и тогда я верну его. Ты сама ко мне придешь.

******

С этими словами незнакомец исчез, а Холм Духов и всех его обитателей навсегда поглотил океан.


@темы: одна из историй

21:08 

Я вас любил. Куда, не помню.
Возможно, мы все придумали. Я, вы, иногда мне кажется, даже Бог придумал в свое время чувства к человеку, а потом понял - и разочаровался. Людей вокруг много. И не только людей. И все они чертовски разные...
И душа сказала:
"Я буду кричать и звать, не проронив не слова, буду умирать и возрождаться
Буду истекать кровью и я буду самым счастливым, самым мудрым и сильным войном.
Потому что внутри меня не "огонь" - там пожар, пожарище. Пекло, окруженное слоем многолетнего льда. И неизвестно что хуже - сгореть, дойдя до цели или замерзнуть по дороге познания. Я буду молча идти любыми путями, натыкаться на препятствия и все равно буду идти следом. Неважно - в Рай или до самого Ада. Просто потому, что без тебя моя обычная, земная жизнь теряет всякий смысл. "

И дело даже не в том, что того кто это сказал, просто не существует, а в том, сможете ли вы однажды сказать кому-то подобное? И еще сложнее - не "любимому", а... А вот о чем речь, мало кто поймет, ибо каждый определяет меру глубины чувств для себя сам.
Бог жестоко отомстил человеку: он дал ему душу, но забыл сказать, где она находится, дал идею воскрешения, но протащил путь к нему через смерть, подарил любовь - но такую призрачную, что человек пожизненно идет к иллюзии, которую сам выдумал.
Любят только Боги. Люди страдают, занимаются сексом, продолжают род, верят в то что "живут".
Но на самом деле они не живут.
Они существуют.

01:24 

Я вас любил. Куда, не помню.
Кто давал мне право кричать на Бога?
Кто просил меня его лик любить,
Я рабом паду, но рабов так много,
Я судьей приду, чтоб жалея, бить.

Кто давал мне силы прижимать разлуку?
Кто просил гулять по степям в огне?
И смиренным быть, подавая руку,
И порочным быть на пустой Земле.

Неспокоен мрак одинокой воли,.
Из-под долгих криков,как мягких слов,
И зашепчет Бог, неся ужас в слове,
Создавая мир из цветов и снов.

Мой прощальный смех,отчего невесел?
Отчего так звонко лишь радает ночь?
Как немая тень, как мольба из песен,
Не способный верить, убежавший «прочь»

Кто давал мне право не искать дорогу?
Когда важен путь лишь бездонных слов.
Когда терпкий вкус и так долго...много,
И так пусто жить по строкам основ.

Упоенный жаждой, не услышит вздоха,
Не заметит он чей-то грозный взгляд,
Кто давал мне право так кричать на Бога?
Кто толкал к нему приползти назад.

19:27 

Я вас любил. Куда, не помню.
Терпеть не могу, когда что-то рождается в голове, но так никогда и не обретет себя на бумаге. Самое неприятное, когда это рассказ или какая-нибудь история.
Ты можешь создать, мысленно скорректировать каждую мелочь - но никогда так и не напишешь. И то ли боязно, то ли сложно, но ли лень. А может - все в купе.

Вот так и понимаешь, что ты один из тех, кто не умеет писать. Только трепать языком и благословлять свою фантазию за то, что хотя бы подарила тебе чувство рифмы, лишив предварительно стабильности. Ибо если начинаешь - будь верен до конца. Поэтому наверно и не начинаю. Ничего масштабного в этой жизни.

@музыка: Toshin - Fukai toi

@темы: заметки на полях

22:08 

Я вас любил. Куда, не помню.
*******
А в бесчувственной пропасти этих огней
Утонул тот закат и его преломленья
В шумном городе мертвом за смутою дней,
Прожигают свой век,топят в солнце мгновенья.

Мне бы выбросить смелость и глупую боль,
Нет не страшен мне свет, просто хочется слякоть,
Шумный дождь за окном или серый прибой,
Или просто убить, и тихонько оплакать.

Убивая не плоть, а чужую тоску. А ее,как свою,
Постараться запрятать.В шумном городе ночь.
И я снова не сплю. А я солнце виню,
Вспоминая про слякоть….
(февраль-март 2008)

22:25 

Я вас любил. Куда, не помню.
Спи, мой родной, спи, незаметный,
Еще незнакомый, пока неприметный,
Невольный и странный, лукаво-притворный,
Надломленно-честный и сном окрыленный.
Жестокий, проворный, упрямый и верный,
Как сталь, закаленный, как этот мир, скверный,
Погаснут над городом белым огни,
Но ты где-то там просто спи, родной,
Спи.

URL
19:52 

/Ночи перед пробуждением/

Я вас любил. Куда, не помню.


В мечтах несложно заблудиться. Но как красиво посреди этой зимы легкой поступью идти по белому снегу к беседке и наблюдать. За теми, кто не спит. Они сменяют друг друга - ссорятся, мирятся, смеются и плачут. И прижавшись белой, почти прозрачной кожей к присыпанной инеем золотой березе, ты отпускаешь последнее человеческое прочь. Осыпается серебро с ресниц, волосы становятся длинней,белее снега, и слышен шум снова оживших через века крыльев. Все словно замолкает, ночь проглатывает аллеи, волшебный парк и беседку. Что-то белое и непонятное опускается на плечо. Его маленькие черные глаза внимательно смотрят и словно в укор, существо издает непонятный звук наподобие уханья. Сердце перестает биться, кожа становится холодной, отдающей каким-то серебристым сиянием. Вторая половина тебя, та,чей удел уничтожить потом, стереть все, что ты создаешь в такие ночи пробуждения, унести на черных крыльях, уходит прочь, понимает, что не сейчас, не здесь. Ты киваешь и заканчиваешь превращение. На огромных часах старой башни бьет два часа ночи, всю округу оглушает этот звук.
Они танцуют свои последние танцы. Никто из обычных прохожих их никогда не видит. Кружатся, прижимаются к друг другу, вальсируют и падая...тают. Каждый выбирает свой путь сам, они выбрали свой. Миг, меньше чем жизнь самой маленькой бабочки.

Когда призраки уходят, люди покидают беседку, ты остаешься один. Маленькое солнце уже жжет и разрывает грудь, а значит, времени осталось не более двадцати минут. Медленно плывешь светлой тенью по парку, проводишь кончиками пальцев по холодным сугробам. Но холода нет. Нет боли, мыслей, стремлений и ошибок. Это живое воплощение мечты, сгусток силы и сияния. Сияния, которое убьет тебя, если ты не поторопишься вернуться в свое обычное состояние.
С еловой ветки падает первая хрустальная капля. Пора возвращаться. О, как же давно хотелось сюда попасть.
Почти покинув старый парк, вдруг останавливаешься. Чувствуется чье-то присутствие за спиной. В дали, у беседки видений стоит еле различимая черная тень. Она не движется, а подымает руку и направляет ее в твою сторону.
Другая рука вдруг ложиться тебе на плечо. Черные крылья захватывают тело и превращаются в черный кокон. "Пора" - шепчет тебе на ухо почему-то твой же голос. Перед тем, как раствориться, замечаешь, что у твоей темной половины на руках цепь, конец которой тонет за спиной все приближающейся тени. Она гневно смотрит в сторону беседки, потом на тебя, и сжав кокон ее плотнее, становится пучком черных лучей, разрезающих всю белизну на куски. "Пора!" - слышишь ты последний крик и прощаешься со своей мечтой.


Кажется, все проходит как миг. Но летописец бытовых странностей отсчитывает 23 часа сна и поздравляет тебя с пробуждением.
Ты просыпаешься в своей привычной кровати, с часовым механизмом в груди и болью в каркасе, названным каким-то чудаком костями. В полном одиночестве и тишине.

В мечтах несложно заблудиться.
Но как красиво посреди этой зимы легкой поступью идти по белому снегу...

@темы: одна из историй

19:47 

Я вас любил. Куда, не помню.
Прошлый октябрь.

*******
Жестокому сердцу неведома жалость,
Его разрывает зловещий порыв,
И знает лишь небо, что жить не осталось,
Сердцам тех, кто сгинул надежду убив.

Пред страшной расплатой окажутся судьбы,
И горе в объятьях тепло поглотит,
Унылым порывом душа в мутном ветре,
Навеки в проклятьях себя воплотит.

Несмело потухшая жизнь разобьется,
Осколками раня свой хрупкий удел,
И смерть сквозь мольбы вновь в глаза улыбнется,
Нарушив дозволенный жизни предел.

В туманном, унылом и горьком забвенье
Угаснет израненный отблеск души,
И тьма расползется сквозь мрак поколений,
Разрушив мечты, и любовь задушив.

@темы: стихи, Эв

01:46 

Я вас любил. Куда, не помню.
Зловеще как-то получилось... И скорее, похоже на песенку.

Черных крыльев взмах накроет душу,
Под луной, танцуя, мы умрем.
Я сегодня твой покой нарушу
Мы сегодня небо разберем.

Мы его звездой отравим красной,
Мы пронзим осколками мечты,
И все так же, сладостно – прекрасный,
На моих руках погибнешь ты.

Поцелуй меня, я умираю.
Только тихо, не буди рассвет;
Не поверешь? Правильно – играю.
Ведь я вечен. Вечен, а ты нет.

Потанцуем вальс мы на обрыве,
Шаг, плие – и ты в моих руках,
Еще шаг – и шорох темных крыльев,
Еще шаг – и их зловещий взмах.

Я укрою сердце твое снегом.
Пусть поспит, несчастное одно.
Мы своим неудержимым смехом
Раскромсаем свода полотно.

Улыбнемся ночи в час последний,
Поиграем в смерть и в тишину,
И тебя найду среди столетий,
Я тебя возьму и разорву.

Ты гори, гори, моя отрада,
Ты прикрой уставшие глаза,
Я люблю. Прости меня, так надо.
Ты мой нежный. Радость и слеза.

Грешник черствый обнимает руки,
Белых перьев легкий дивный стан,
И пронзают окрики, как звуки,
И струиться песня по губам.

Я тебя найду среди столетий,
Я как зверь, я рыщу по следам,
Не уйти, не спрятаться, как плетью
Буду бить по ласковым рукам.

Черных крыльев взмах накроет душу,
Под луной, танцуя, мы уйдем,
Я сегодня твой покой нарушу,
Мы сегодня, милый мой, умрем.

02:16 

Я вас любил. Куда, не помню.
Это, как помнится, было написано уже здесь.

«Две минуты до неизбежности»

Две минуты до неизбежности -
Лжи пьянящий смолистый настой,
До кровавой задушенной нежности,
Я иду по осколкам босой.

Мне не страшен не ад, не падение,
Пусть не видят слепые глаза.
Где ты солнце мое, то, весеннее,
Что во смерть уносила лоза?

Обгоревшая истинна скромною
Притворившись, калечит мой дух.
Сердце смелое, ты - непокорное,
Ты ударом во тьме каждый звук.

Уши бьет заскрипевшая скважина
Обомлевшей потухшей души,
Сколько сложного, нет, сколько важного
Мы могли бы сказать, мы должны.

Бьется пульс, так испугана певчая,
Смерти рок, что забрал под прицел
Я бы спас себя, жаль только – нечего,
Я бы вырвался - предан и цел…

Только пусто у брошенной хижины,
Я беззвучно шагаю домой,
Все порывы как стон, обездвижены,
Кто-то продал свой век за покой.

Нас не встретят, окутав улыбками,
Не окликнут, когда ты чужой,
Мы песками впитаемся зыбкими…
Мы волною падем о прибой.

Две минуты до неизбежности,
Чей-то терпкий прощальный укор.
Возведем курок проклятой нежности
И все мысли обрушим во вздор.


@музыка: Depeche mode - Freelove

01:06 

"Немного"

Я вас любил. Куда, не помню.
Буду потрошить свою прежнюю, (а иногда даже и древнюю) писанину и выкладывать ее здесь. Пусть хранится.

Немного дать света, немного дать тьмы,
Немного тепла на губах зимы серой,
Немного дождаться последней весны,
Пройтись по слезам, вслед за сказкой, за верой.

Унять сердца звуки, закутавшись в ночь
И вновь оборвать алых пятен сплетенье,
Немного не помнить, немного помочь,
Немного шепча, потерять во тьме зренье.

Пригреть белый иней на алых губах,
Обнять острый воздух, прислушавшись к ветру.
Шепча, пусть неправду, забыть слово "страх"
Немного решив, разлететься по свету.

Пройтись тонкой кистью по телу ночей
Что сотканы мягкой, слепой паутиной
Серебряным снегом ложиться на ней
И снова растаять бездонной картиной.

Немного не любим, немного не ждем,
Как прежде заснем до весны, чтоб проснуться
Немного простим мы, немного поймем.
Немного уйти... чтоб однажды вернуться.

( Весна 2008 )

▪ Land of the lost ▪

главная